отказались выполнять упражнение. Мы докажем ему свою стойкость, если вернёмся. Вот увидишь, он оценит.
– Я пас.
– Правильно говорят: тот, кто предал однажды, предаст и во второй раз.
– Ладно, если приду, то квиты? Ты забудешь про мой промах?
– Естественно.
– Тогда договорились.
– Сегодня в семь вечера встречаемся в зале, – торжествующе заявила она.
– Хорошо, – обречённо ответил он, расставшись с Лэриной у входа в студию.
Тренер был явно удивлён, увидев на тренировке вечно протестующую парочку, но ничего не сказал. В этот раз привычные всем упражнения и приёмы давались ещё сложнее, и их позорное исполнение стало предметом обсуждения группы. Остальным явно было весело, но Лэрина и Арман изначально договорились, что не станут конфликтовать и выполнят любое требование тренера. Главное – держать в голове истинную цель, из-за которой они оказались там.
И им почти удалось сдержать данное обещание, если бы не один инцидент, произошедший почти в самом конце занятия.
Во время минутной передышки Лэрина, выжатая как лимон, с жадностью вливала в себя остатки воды. Рядом стоял один из силачей, который с лёгкостью отрабатывал сложные приёмы. Он утирал пот и смотрел на хрупкую девушку, которая вот-вот могла сломаться.
– Слушай, принцесса, давай начистоту: почему ты здесь? Одного раза не хватило, чтобы оценить свои возможности? – спросил он.
– В правилах не написано, что это мужской клуб. В чём проблема? – ответила она, смотря ему прямо в глаза.
– Я не против девушек, которые занимаются борьбой. Но здесь тебе не место.
– А это не тебе решать! – вмешался Арман.
– Я разве с тобой говорю, глиста?
– Эй, прекратите, никаких оскорблений на моих занятиях, – произнёс тренер, который появлялся также бесшумно, как и исчезал. – Если хотите выяснить отношения, то только в спарринге.
– Почему бы нет? Что скажешь, защитник? – с усмешкой бросил силач.
Арман растерянно посмотрел на Лэрину, которая качала головой, намекая на отказ, но он не мог её послушать.
– Согласен.
– Хорошо. Тогда надевайте перчатки. Гиром, будь помягче. Он новичок и намного младше тебя, – предупредил своего ученика тренер. – А ты выложись по полной, – сказал он Арману, помогая натянуть перчатки.
Переминаясь с ноги на ногу, Лэрина в ужасе ожидала предстоящий поединок. Она была уверена, что счёт будет не в пользу её друга. Её мучила вина, ведь инициатива прийти на повторную тренировку исходила от неё, а отдуваться придется другу. Не зная, что ей делать и как помочь Арману, она стала оценивать соперника, совершенно не понимая, как, собственно, нужно проводить эту оценку. Силач, заметивший внимание к своей персоне, подмигнул ей, тем самым ещё больше усилив её беспокойство.
Однако подготовка к спаррингу длилась дольше, чем сам поединок. Двумя ударами соперник уложил Армана на мат и поставил точку.
Лэрина сразу же подбежала к другу, проверяя, в сознании ли он.
– Слабак, – прокомментировал соперник, захватил спортивную сумку и пошёл к выходу. За ним последовали и остальные. Представление было окончено.
– Сильно он тебя? – спросила Лэрина, снимая с Армана боксёрские перчатки.
– Прости, я старался… – тихо ответил он, садясь.
– За что? Ты заступился за меня. Я горжусь тобой. И вообще, ты хорошо держался первые несколько секунд. Так уверенно перемещался…
– Не надо. Я знаю, что это было ужасное зрелище.
– Эй, боец, не унывай. Гиром ходит сюда уже второй год. Главное, что ты не струсил! Иногда полезно пропустить парочку раз, выносливее будешь. Давай вставай. Если нужно приложить что-то холодное, наверху есть холодильник, – сказал тренер, протягивая Арману руку, чтобы помочь встать.
– Спасибо, – ответил тот уставшим голосом.
– Завтра не приходите. Для вас хватит нагрузок. Отдохните дня три.
– Хорошо. Тренер, вы же из Отдела безопасности? – спросила Лэрина.
– Да. Что-то случилось? – ответил он, настороженно посмотрев на вспотевшую краснощёкую ученицу.
– Вы можете помочь нам с докладом? Обещаю, много времени мы не отнимем. Нам только немного разобраться с устройством кодировки предметов. И ещё меня отец просил вернуть вам выпавшую во время съёмок линзу.
– Напомни, как тебя зовут?
– Лэрина. Можно Лэри.
– Лэри, мы не проводим экскурсии. А на линзу я бы посмотрел.
– Она у меня дома. Я могу занести к вам в течение часа.
– Договорились.
Арман хотел сказать что-то, но Лэрина остановила его, поднеся палец ко рту. Она дождалась, когда уйдёт тренер, и только через минуту возобновила разговор.
– Я знаю, что ты хочешь сказать. Что за линза? Сейчас объясню. И да, линза – это повод, и я намерена попасть в ООБИ*1.
– Ты что, и мысли научилась читать? Ты становишься опасной.
– Нет, просто я тебя хорошо знаю. Линзу нашла у себя в комнате. Отец сказал, что такие есть в приборе-раскодировщике. В ООБИ я пойду одна.
– Я с тобой.
– Нет, тебе сильно досталось. Ты уже выполнил свою часть работы. Остальное за мной.
– Я могу понадобиться.
– Ты всегда нужен, но мне будет легче уломать его, если я буду одна.
– Хорошо, я не пойду. Но обещай, что доложишь, когда будешь на месте и когда выйдешь. Я буду волноваться.
– Не стоит. Я же иду в Отдел безопасности – это самое неопасное место в Идиллиуме!
– Обещай!
– Хорошо, напишу тебе.
– Тогда идём уже домой. Я проголодался и, думаю, у меня будет большая гематома.
– Пошли. И я хотела сказать… Знаешь, за меня ещё никто не дрался. Ты первый. Спасибо.
– Это сложно назвать дракой, но я поработаю над собой.
Через двадцать минут Лэрина стояла у здания Отдела безопасности. Она нервничала, но была уверена в своих намерениях. Если всё получится, то мучения Армана будут оправданы.
Долго ждать не пришлось. Тренер появился в своей манере – внезапно.
– Принесла? – спросил он.
– Да, вот, держите, – сказала Лэрина, передавая линзу.
– Спасибо. Отдам техникам. Вы сегодня хорошо потрудились на занятии. И не обращайте внимания на комментарии Гирома. Это у него такой способ знакомства с людьми.
– Меня не так легко обидеть.
– Я это понял ещё при первой нашей встрече. Ещё раз спасибо за то, что занесли линзу, и хорошего вечера, – сказал тренер, готовясь уйти.
Чтобы не допустить разрыва налаженного соединения, Лэрине пришлось использовать проверенный на практике метод. Она перешла в наступление.
– Тренер, наверное, у вас не было времени перекусить? Я захватила для вас яблоко. Очень сладкое. Попробуйте, – сказала она, протягивая ему фрукт.
– По правде говоря, очень кстати. Я действительно голоден. Спасибо, Лэрина.
– Пожалуйста.
– Хорошо, тогда…
– Тренер, может, я сама починю кодировщик? Мне бы очень хотелось самой вернуть на место утерянную линзу и немного изучить устройство изнутри, хотя бы одним глазком. Обещаю ничего не испортить!
– Как я понимаю, яблоко я получил не просто так, верно?
– Мне только для доклада… Пожалуйста, – быстро сказала она, приправляя свою просьбу умоляющим взглядом.
Люди недооценивают уровень влияния «щенячьего взгляда». Пора бы уже зачислить его в ранг самого безобидного, коварного и действенного оружия, которым могут владеть отнюдь не многие. Если не дано, то и не стоит пытаться, тут дело в симпатии. И, несмотря на внешнюю непоколебимость, тренер был сражён хрупкостью и уязвимостью своей ученицы.
– Хорошо. Я проведу тебя к прибору, но на рассмотрение дам ровно столько времени, сколько мне потребуется, чтобы съесть это сочное яблоко. Предупреждаю: я ем быстро.
– Поняла. Надо было принести больше яблок…
Тренер впервые за всё время улыбнулся и, возможно, даже посмеялся, но без звука – репутация прежде всего.
– Пошли, – скомандовал он.
Здание ООБИ было единственным в Идиллиуме, которое не соотносилось с концепцией открытой, наполненной радостью жизни. Отсутствие окон сразу намекало о секретности происходящего внутри. От него веяло дисциплиной, а все служащие были пленниками сводов Устава.
Лэрина внутренне уже торжествовала, празднуя победу, и готовилась к ознакомительному осмотру внутреннего убранства Отдела безопасности. Ей было интересно, что творится в самом защищённом здании Идиллиума, и она никак не ожидала добраться до конечного пункта так быстро. Почти сразу же после входа в помещение тренер
